Дождь стучится в окно, он будто просит войти.
Он будто просит меня его за что то простить,
И его слезы стекают по стеклянной щеке.
Ну а я забиваю свой последний штакет,
И свой последний стакан я сегодня допил.
Я забыл что когда то кого то любил.
И я убил в себе все, теперь дело за малым,
Убить себя вовсе мне только осталось.
Ну а дождь будет также стучатся в окно,
Оставаясь за тонкой, стеклянной стеной.
Я пройду вместе с ним, оставив лужи и слякоть,
Слезы людей, которые будут плакать.
И постучавшись в окно, на втором этаже,
Дождь расскажет тебе что меня нет уже.
И может быть тогда ты наконец все поймешь,
Но я то уже пройду, пройду как этот дождь…

Стучу по твоей крыше,
Но ты не услышишь,
Ты как всегда ничего не поймешь,
Но не стану я тише,
Мои капли напишут на твоем окне
«Это был дождь…»

Я буду стучаться и проситься к тебе.
Я буду шуметь в водосточной трубе,
И заплакав от невыносимой тоски,
На грязной воде я оставлю круги.
Я буду стекать с крыш высоких домов,
Сотни раз умирая за большую любовь,
И каждый раз разбиваясь о мокрый асфальт,
Но врятли кому то меня будет жаль.
Ведь никто не узнает лица моего,
И во влажных глазах не прочтет ничего.
Цвета которых ты так не любила,
Ну а теперь уже вовсе забыла.
Ты не слышишь меня, когда я говорю,
И даже если я несколько раз повторю,
Ты всё равно не услышишь, и как всегда не поймешь,
Ещё бы, я ведь теперь — просто дождь…

Стучу по твоей крыше,
Но ты не услышишь,
Ты как всегда ничего не поймешь,
Но не стану я тише,
Мои капли напишут на твоем окне
«Это был дождь…»

Осенью, в день нашей первой встречи,
Я тихо заплачу на твои плечи.
Ну а ты снова спрячешь себя под зонтом.
О да, я жалею что я стал дождем.
И я превращусь в злой сильный ливень,
От мысли что я тебе настолько противен.
Ну а ты в который раз ничего не поймешь.
Ну смотри, я люблю тебя! Я — дождь!

Стучу по твоей крыше,
Но ты не услышишь,
Ты как всегда ничего не поймешь,
Но не стану я тише,
Мои капли напишут на твоем окне…